04:00, 22 января 2021 Пт

Смерть Аскарова, COVID-19, «туманные» законы и нападения на журналистов. О чем еще говорится в годовом отчете Human Rights Watch?

Смерть Аскарова, COVID-19, «туманные» законы и нападения на журналистов. О чем еще говорится в годовом отчете Human Rights Watch? — Today.kg

Правозащитная организация Human Rights Watch опубликовала годовой отчет по соблюдению прав человека в Кыргызстане. В нем правозащитники отметили знаковые события, произошедшие в стране за 2020 год, и как они отразились на правах кыргызстанцев. «Клооп» кратко пересказывает важные пункты исследования организации.

Гражданское общество

Human Rights Watch назвала «одной из самых мрачных страниц для прав человека в Кыргызстане в минувшем году» смерть правозащитника Азимжана Аскарова. Он умер 25 июля в колонии №47, куда его накануне перевели для медосмотра. Организация считает, что так было нарушено его право на жизнь.

Правозащитники отметили, что кыргызские власти «откровенно проигнорировали» заключение Комитета ООН по правам человека от 2016 года о «произвольном аресте» и пыткам над Аскаровым, а также их требование освободить его.

«Незадолго до смерти здоровье Аскарова, подорванное многолетним пребыванием за решеткой, резко ухудшилось, однако администрация не обеспечила ему надлежащего лечения», — пишет организация.

По ее данным, несмотря на требования Евросоюза, власти так и не провели независимого расследования «несправедливого» заключения Аскарова, «отказа» в медпомощи и смерти.

«Спецдокладчик ООН по вопросу о положении правозащитников Мэри Лоулор назвала смерть Аскарова “пятном на репутации правительства Кыргызстана в области прав человека”», — сообщают правозащитники.

Также организация отметила бурное обсуждение общественности законопроекта об НКО в парламенте, предполагающего ужесточение финансовой отчетности для организаций гражданского общества. В итоге, депутаты сняли его с повестки перед уходом на каникулы.

Human Rights Watch описала и задержание милицией около 70 участниц мирного марша женской солидарности 8 марта в Бишкеке. Тогда сотрудники Свердловского РОВД не допускали к ним адвоката и не говорили, на каком основании их задержали.

В июне районный и городской суды Бишкека признали задержание законным и обоснованным, однако в ноябре Верховный суд отменил акты предыдущих инстанций, но не признал действия сотрудников милиции незаконными.

Организация обратила внимание на то, что в мае ГКНБ возбудил «сомнительное» уголовное дело о подделке документов на правозащитника Камиля Рузиева. Этот факт Human Rights Watch связала с тем, что незадолго до этого Рузиев подал иск о бездействии ГКНБ и прокуратуры по его заявлению об угрозах со стороны сотрудников правоохранительных органов с применением оружия. Дело было направлено в суд в сентябре, тяжбы продолжаются.

Доступ к правосудию

Human Rights Watch подчеркнула, что парламент принял поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, исключив одну важную норму. Она обязывала местные суды пересматривать уголовные дела, по которым международные органы по правам человека выявили нарушения. Однако тогдашний президент Сооронбай Жээнбеков вернул поправки на доработку, не подписав.

Также организация отметила, что 10 июня 2020 года прошло ровно 10 лет с межэтнического конфликта на юге страны. Тогда в ходе столкновений между кыргызами и узбеками погибло 400 человек и было уничтожено почти две тысячи домов.


«За это время власти так и не обеспечили ответственности за преступления, совершенные в ходе событий 2010 года, и правосудие для тех, кто был впоследствии произвольно арестован и осужден на судебных процессах, которые были омрачены многочисленными заявлениями о недозволенном обращении и пытках», — пишет правозащитная организация.


Свобода слова

Human Rights Watch сообщает, что в 2020 году журналисты подвергались притеснению со стороны правоохранительных органов и угрозам уголовного преследования за критические материалы. Также правозащитники отметили, что во время октябрьских событий некоторые журналисты подверглись физическому насилию, в том числе со стороны милиционеров.

Организация привела в пример случай, когда спецназовец намеренно стрелял в журналиста «Настоящего времени» Айбола Кожомуратова. Этот момент был запечатлен на видео, которое он запостил на своей странице в Twitter.

Правозащитники также затронули «туманный и избыточно широкий» закон о манипулировании информацией, который парламент принял 25 июня. Он позволял властям без судебного решения удалять из интернета посты, которые они посчитают «ложными и недостоверными». Однако позже президент Жээнбеков также вернул его законодателям с возражениями.

Human Rights Watch отметили также иск Райымбека Матраимова в отношении журналистов «Клоопа» и «Азаттыка» после публикации расследования о коррупции на таможне. Тогда бишкекский суд арестовал счета ответчиков, но на следующий день под давлением общественности отменил свое решение. За 2020 год суд переносился 12 раз — вопрос по существу до сих пор не рассмотрен. Следующее заседание назначено на 15 января 2021 года.

«В середине декабря представитель ОБСЕ по свободе СМИ Арлем Дезир выразил «глубокую озабоченность» в связи с этими исками, которые на момент подготовки настоящего обзора все еще ожидали рассмотрения», — пишет организация.

По теме: Год назад Матраимовы подали иск на журналистов «Клоопа» за расследование о контрабанде и коррупции. Рассказываем, как это было

Кроме этого, правозащитники отметили нападение на главу издания Factcheck.kg Болота Темирова, дела о разжигании межрегиональной вражды в отношении блогеров Афтандила Жоробекова и Элмирбека Сыдыманова.

Насилие в отношении женщин и девочек

Правозащитники считают, что, несмотря на поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, которые предусматривают повышенную защиту для переживших домашнее насилие, власти «не в полном объеме» обеспечивают их исполнение.

«Безнаказанность семейного насилия остается нормой. В ходе июньского заседания Национального совета по делам женщин и гендерному развитию вице-премьер Аида Исмаилова отметила 65% рост заявлений о случаях семейного насилия в первом квартале 2020 года», — пишется в отчете.

В качестве примера правозащитники привели случай в Сузаке, когда мужчина истязал свою жену, повесив на нее покрышки и обливая водой. Тогда суд признал его виновным, но назначил ему лишь два года пробационного надзора, вместо лишения свободы, предусмотренного законом за совершенное деяние.

Иллюстрация художницы Татьяны Зеленской

Пытки

Правозащитники заявили, что весной во время карантина из-за коронавируса власти «закрыли доступ» в места заключения для адвокатов и наблюдателей из Наццентра по предупреждению пыток.

«Безнаказанность за применение пыток и недозволенного обращения остается нормой. По официальным данным, предоставленным фонду по борьбе с пытками “Голос свободы”, за первые пять месяцев 2020 года было зарегистрировано 68 заявлений о пытках», — пишется в отчете.

Также правозащитники обратили внимание на экстрадицию узбекского журналиста Бобомурода Абдуллаева, который заявлял о пытках со стороны сотрудников ГКНБ.

COVID-19

Human Rights Watch особо подчеркнула ограничения в правах кыргызстанцев после введения режима Чрезвычайной ситуации и режима ЧП в марте 2020 года.

Правозащитники перечислили, с какими сложностями встретились разные категории граждан: журналисты и адвокаты не могли пройти через блокпосты, были запрещены мирные собрания, медикам, говорившим о недостатке СИЗ, угрожали уголовным преследованием, при этом 16% всех инфицированных на середину июля составляли именно медработники.

Также организация отметила, что не были учтены права переживших насилие людей — убежища и кризисные центры прекратили принимать их. Около 2,4 млн школьников и студентов пришлось «по возможности» переходить на дистанционное обучение. При этом, многие родители школьников заявляли о том, что им сложно предоставить все условия для онлайн-обучения детям ввиду финансовых проблем.

Источник: Kloop

up